Придя на Кировский завод,
Работал он как сменный мастер,
Однако рос из года в год
И получал всё больше власти.
Он стал директором, когда
Громили кадры без пощады,
Пришла военная страда
И с ней все горести блокады.
Работал он, ночей не спал,
Был в обороне Ленинграда,
В эвакуацию попал,
Где стал главою Танкограда.
Звонки, как только входит в дверь:
«Товарищ Зальцман, сколько танков
Дадите фронту вы теперь?»
И каждый день у них запарка.
Парторг ЦК ВКП(б)
Твердит работникам завода:
«Побольше выпускать КВ:
В них так нуждается пехота».
Как только выполнили план,
Поручен Т-34,
Приказ на ИС и САУ дан -
Завод становится всё шире.
В конце войны он генерал,
Но вдруг опала, «ссылка» в Муром,
И снова мастером он стал
До окончанья диктатуры.
Примечания.
Исаак Моисеевич Зальцман (1905-1988) – нарком танковой промышленности СССР (1942-1943), генерал-майор (1945). С 1938 г. – директор Ленинградского государственного машиностроительного и металлургического Кировского завода (ЛКЗ). В результате частичной эвакуации ЛКЗ на Челябинский тракторный имени Сталина, был образован Челябинский Кировский завод. Это было крупнейшее в истории танковое производство (75 тысяч человек), получившее неофициальное название «Танкоград». Фигура Зальцмана как жёсткого сталинского руководителя оценивается историками по-разному.
На крупных предприятиях, помимо секретаря парткома, постоянно находился парторг ЦК ВКП(б).
Еще при жизни Зальцмана (1984год) на экраны вышел пятисерийный художественный фильм «Предел возможного». Главного героя звали Игнат Матвеевич Ремез (Виталий Соломин), прототипом его и являлся Зальцман.
Сейчас заканчиваю 9-ю книгу. Сериал мне понравился. Составляя именные списки руководителей оборонных и гражданских предприятий на 22.06.41, постоянно сталкивался с упоминанием Зальцмана, написал стихотворениие о нём, затем решил посмотреть фильм.
Даже странно) В то время ,когда вышел фильм, и названия такого не было.
«Предел возможного» — советский пятисерийный телевизионный художественный фильм. Странно, что Вы не смотрели этот фильм ранее.
Стать военным он с детства, как всякий мальчишка, мечтал,
С одноклассником вместе в училище он поступал,
А потом их направили в Оршу, в ту самую часть,
Где когда-то отец воевал за Советскую власть.
Началась вдруг война, одноклассник убит в первый год,
Он контужен однажды, но пуля его не берёт.
Позади отступление, гибель десятков друзей,
Дым сражений жестоких, сгоревших лесов и полей.
От деревни к деревне на запад он шёл по стране,
Не сидел на КП, был со всеми при плотном огне
И, командуя ротой, в атаку бойцов поднимал.
Он в начале войны капитан, а в конце – генерал.
«Не надо о войне», - сказал мне дед.
Ему исполнилось так много лет,
Что, кажется, не помнит ничего:
Как в танке, что сгорел, спасли его,
Как в госпитале месяц он лежал,
И подошёл к нему их генерал
Вручить награду за тяжёлый бой.
Уволенный, поехал он домой -
Везде развалины и женский плач.
Повесил в шкаф он лейтенантский плащ,
Устроился работать на завод.
Так жизнь прошла его за годом год.
За это время потерял жену
И говорить не хочет про войну.
Но видит каждый день цветные сны,
Как будто вместе с ним все спасены,
И вновь сидят на танковой броне,
Не говоря ни слова о войне.
Прочитал три тома, написанных византийским историком VI века, секретарём великого полководца Велизария Прокопием Кесарийским:
— "Война с персами. Война с вандалами. Тайная история" (осуждение преступлений императора Юстиниана и его жены Феодоры);
— "Война с готами. О постройках" (панегирик или наоборот императору Юстиниану-строителю).
Закончив бой, мы дожидаемся рассвета,
Но всё ещё перед глазами он стоит,
Когда в полях безбрежных на исходе лета
Сошлись бойцы, чей дух был твёрже, чем гранит.
В последней скоротечной рукопашной схватке
Мы были теми, кто по счастью уцелел,
Сидим, понурившись, в разодранной палатке
Среди убитых лошадей и груды тел.
Угрюмый вахмистр с усердием точит шашку,
Готовится продолжить завтра этот бой.
Идёт в ночи проверить ездовой упряжку
И что-то говорит сердито сам с собой.
Настанет день, и снова немцы с прежней силой,
Примкнув штыки, пойдут в атаку, как вчера;
И тех из нас, кого сегодня не убило,
Ждёт беспощадное сражение с утра.
Идут по морю крейсера,
Блестят стальные леера,
Чернеют тени грозных дул,
И слышен двигателей гул.
Эскадра движется на юг
И завершает полукруг
Вдоль африканских берегов,
Минуя несколько портов,
На острове Мадагаскар.
Другие через Гибралтар,
Канал Суэцкий, Сомали
Туда же раньше всех пришли.
В конце пути Цусима ждёт,
Там, где погибнет русский флот.
И лишь спустя десятки лет
Получит микадо ответ.
Примечание. Кругом Африки должны были идти корабли с осадкой, не позволяющей проходить Суэцким каналом.
Гордый изгнанник
Средь океана.
Здесь кончит странник,
Жертва тирана,
Бренный свой путь.
Узник Европы,
Требуют толпы
Мира, покоя,
А не героя.
Дай им вздохнуть!
В гуще сражений,
После оваций,
Воинский гений
Силами наций
Был побеждён.
Снятся Аресу
Заросли леса,
Чистое поле,
Мост у Арколе,
Свой батальон.
Лучшие годы
Отданы славе.
Гибли народы
В огненной лаве -
Всюду война.
Остров Елены,
Голые стены,
Грустный двор малый,
Только о скалы
Бьётся волна.
Примечания.
Находясь на острове Святой Елены, Наполеон Бонапарт, в нарушение данных инструкций, подвергался незаконным ограничениям свободы и преследованиям преданных ему людей и, возможно, был отравлен английским губернатором острова генералом Гудсоном Лоу.
Арес, или Арей, - в древнегреческой мифологии бог войны.
Во время Итальянского похода Наполеон, которому тогда было 26 лет, со знаменем в руках возглавил атаку на Аркольский мост. Вокруг генерала во время штурма погибло около десяти человек, в том числе его адъютант Мюирон, закрывший Наполеона собой от пуль во время залпа австрийцев. Мост взять не удалось.
Наполеон - яркий пассионарий. Чего не сиделось ему на Эльбе!? Средиземноморье, прекрасный климат. Покой... Нет, ради 100 дней, все пустил псу под хвост.
Вот я бы удовлетворился Эльбой. Видимо, поэтому никто мне Эльбу и не предлагает.
__________________________
Спасение там, где опасность.
Вам для этого не хватает само малости...Маренго, Аустерлиц, Фридланд, Бородино и т.д.
Портфолио на Эльбу не тянет;)
Впрочем, мы привыкли к слову тиран и не всегда понимаем его значение. Наполеон, конечно, был тираном, но со многими оговорками и уточнениями.
Соглашусь, за одним исключением. Современные историки сходятся во мнение, что Москва была сожжена по приказу генерал-губернатора Федора Растопчина( любопытный субъект был , одни "Афиши" чего стоят). Впоследствии он подверг огню свое имение.
Знаменитая записка: Перед тем как покинуть полыхающую усадьбу, Ростопчин оставил на дверях местной церкви (по другим данным — на воткнутом в землю шесте) демонстративное послание французским генералам на их родном языке: «Я украшал в течение восьми лет это село и жил здесь счастливо в кругу моей семьи... При вашем приближении обыватели покидают свои жилища, а я предаю огню дом свой, чтобы он не был осквернен вашим присутствием. Французы! В Москве я оставил вам два моих дома и движимости на полмиллиона рублей, но здесь вы найдете один только пепел».
