Популярности русской народной песни "Не шуми ты, мати зелёная дубравушка" способствовало включение её текста Пушкиным в "Капитанскую дочку". Тем не менее отдельные отщепенцы вроде меня пропустили её как мимо ушей, так и мимо глаз. Но на это у нас есть Сергей Никитин, который исполнил это произведение на концерте. Исполняет он эту вещь на свой собственный народный напев, жалуясь перед этим, что ансамбль Александрова поёт первые четыре строки в течение двух с половиной минут, а ему для спектакля нужно было нечто более динамичное. Но я собственно не об этом. В песне есть такие строки:
Еще первый мой товарищ — темная ночь,
А второй мой товарищ — булатный нож,
А как третий-то товарищ — то мой добрый конь,
Мать моя женщина! воскликнул я в этот момент,
А как первый обман – да на заре туман.
А второй обман – закачался пьян.
А как третий обман – он ночи черней, он ночи черней, он войны страшней.
А тем временем мы вчера поздно вечером (вечор) вернулись из семейного отпуска в Нью-Хемпшире, ударив на обратном пути автопробегом по разгильдяйству и трём музеям (1), (2), (3), а сегодня началась моя летняя программа, 36 школьников. Утром я успел помыть пол и расставить стулья в аудитории, притащить на тележке (заранее наполненные) фирменные рюкзаки для школьников, накрыть регистрационный стол скатертями и разложить на нём (заранее подготовленные) таблички с именами и проч., ибо я и швец, и жнец, а более всего на дуде игрец. Для повышения тонуса и вхождения в образ экстраверта перед каждой лекцией рекомендую Осетинскую, она как раз играет и за оркестр, и за четыре фортепьяно.
Наверное, в Израиле в 67 лет бесплатный проезд в общественном транспорте. Это цель. А пока у хозяина машины, который хочет от нее избавиться, куча каких-то штрафов: то ли за проезд, то ли за парковку.
Ну тогда это штрафы за превышение скорости (хочу ездить быстро, а полиция не дает), но тогда мне остается неясным зачем наклеили 67 и причем тут мотивация учеников с улиц.
jenya: ибо я и швец, и жнец, и более всего на дуде игрец.
Я тоже всегда мечтал стать, как Женя, на дуде игрецом. То есть научиться играть хотя бы на том духовом инструменте, на котором исполнял свою экспериментальную музыку Незнайка. Но как-то все руки не доходят. К тому же, возможно, соседям моя музыка поначалу понравится не больше, чем Незнайкина.И неизвестно, дорастут ли они хотя бы потом до моих новаторских мелодий. Вот швецом и жнецом я мог бы, пожалуй, стать без большого труда. Но - не имею желания.
Kazus: Ну тогда это штрафы за превышение скорости (хочу ездить быстро, а полиция не дает), но тогда мне остается неясным зачем наклеили 67 и причем тут мотивация учеников с улиц.
Наверное, трудно разглядеть детали.
Там на листочках задачи для аттестата зрелости (сейчас как раз сезон) с оценкой 100 на каждой. А 67, очевидно, тот балл, который получил инкогнито на самом деле.
"Есть ожидания, а есть реальность" - так я перевел бы надпись на иврите.
Причем вряд ли человек сильно расстроен. Для кого-то и 67 может быть достижением и результатом серьезных усилий. (это как раз мотивационная составляющая)
Там еще видна табличка "новый водитель", так что очень вероятно, что это результаты самого владельца автомобиля, уже совершеннолетнего...
jenya: ибо я и швец, и жнец, и более всего на дуде игрец.
Я тоже всегда мечтал стать, как Женя, на дуде игрецом.
Боюсь, почтенный Пиррон, дудочка у Жени не та, что нервирует соседей и привлекает пастушек. А та, которой он заманивает наивных детишек в бездонный омут позитивных знаний.
Мой крестный профессионально играл на кларнете, подрабатывал в ресторанах. Он куда-то запропал, когда я еще маленьким был, так и не узнал заканчивал ли он музыкальную школу или был самоучкой. Он мне давал пару раз дунуть, но моих легких тогда не хватало, чтобы выдуть хоть какой-то звук.
__________________________
Спасение там, где опасность.
Кенжеев обильно и с виду легко сочинял. Легкость вообще была его отличительным и, скорей всего, мужественным свойством, отчасти и поэтому Бахыта так не хватает. Большинство стихов Кенжеева напечатаны, но хорошо бы редеющие друзья Бахытовой молодости сохранили и талантливые застольные шалости Кенжеева - они замечательны. Ну, например:
Не ходим к гейшам,
Не пьем вино.
Из всех искусств для нас важнейшим
Является кино.
xajik: На фото Билли с машиной число 67 сегодня перевесит всю остальную информацию. Молодежный мем сикс-севен. Абсурдный, беспощадный, "ничего не значащий".
Вижу глубокую связь с мемом 42, популярным у их дедов.
69 это хиппи. Конечно, можно найти оригинальных хиппи (а не поздних подражателей) у которых внукам 13-15 лет, но вряд ли это массово.
То, что 18-летняя израильская девушка употребила этот мем, наверно всё же исключение. Возможно, подсмотрела у младшей сестры.
jenya: Мне кажется,Мусоргский более достоин попадания на этикетку.
На памятниках принято высекать имена победителей, а не побежденных
Л.Л. Сабанеев, "Воспоминания о России", из Главы "Чайковский и Александр III"
"Эпизод этот относится к последним годам жизни Чайковского и Александра Третьего (они умерли, как известно, – Чайковский в 1893-м, император – в 1894-м). В это время Чайковский уже не получал своей ежегодной «стипендии» от г-жи фон Мекк, которая после смерти дочери впала в некоторый мистицизм и потеряла интерес к внешнему миру.
Хотя Петр Ильич был уже на вершине славы и его сочинения, в особенности оперы, ему давали достаточное обеспечение, но все-таки у него, как у типично русского интеллигента, постоянно бывали экономические провалы и, хотя и краткие – периоды безденежья.
В один из таких периодов мы его застаем в Москве, если не ошибаюсь, в смежности с 1887-8 годом. Как всегда бывало у Чайковского, да и не у него одного, безденежье, хотя бы временное, сопровождалось полным упадком духа, мрачными мыслями, одним словом, всеми признаками неврастении. Чтобы себя хотя бы временно подбодрить, Петр Ильич решил прибегнуть к старому, давно всеми русскими неврастениками испытанному средству – к коньяку.
Пропустив в одиночестве хорошее количество рюмочек благодетельного напитка (а П. И. выпить вообще любил и на вино был очень крепок, по единодушному свидетельству современников), он почувствовал прилив сил, энергии и даже практического проектерства: ему пришло в голову написать императору Александру личное письмо с просьбой дать ему взаймы… три тысячи рублей. Коньяк способствовал решительности: письмо было написано сейчас же, и он сам его снес в почтовый ящик и, так как уже было поздно, лег спать.
Ночью он, однако, проснулся в полнейшем беспокойстве: он внезапно решил, что сделал совершенно непристойный и неуместный поступок и по отношению к царю, и по отношению к самому себе. Он мучился оттого, что предполагал, что император на него рассердится и что вообще этот факт станет известен в широких кругах общества. Ночь прошла в мучениях и бессоннице, а рано утром Петр Ильи уже бежал на почтамт, чтобы попытаться как-нибудь вернуть письмо. Но в почтамте выяснилось, что письмо уже ушло и ничего сделать нельзя.
Наступила полоса полного отчаяния – Чайковский сидел один, никого не хотел видеть и в полнейшем ужасе ждал развязки – предположительно ему рисовался гнев и неудовольствие всегда к нему внимательного и благосклонного императора, а в дальнейших фантазиях – и нечто худшее. Петр Ильич – человек застенчивый – не отличался мужественными свойствами.
Так прошла неделя. Муки усиливались опять-таки застенчивостью Петра Ильича: он никого не хотел посвятить в свою драму – ему было совестно, он боялся насмешек.
Друзья недоумевали, видя его в таком состоянии, и ничего поделать не могли.
Но вот через неделю получается письмо от… министра двора. Министр извещал Петра Ильича, что император «соблаговолил ему передать испрашиваемые им три тысячи рублей и просил при этом передать, что «его величество сочтет себя очень обиженным, ежели Петр Ильич вздумает ему возвращать эти деньги».
Впрочем, мемуарам не всегда стоит доверять. В этом случае точно, поскольку письмо Чайковского к Александру III от 19 мая 1881 года известно, опубликовано, и оно вовсе не производит впечатление послания, написанного под влиянием алкоголя. Композитор обратился к государю через обер-прокурора Синода Константина Победоносцева: «Позвольте в трудном случае жизни обратиться к вашему благосклонному содействию».
Возможно, фон Мекк дала Ч. на коньяк, а Сабанеев просто не уловил тонкой семантической разницы между экзистенциализмом депрессивного осеннего запоя, и феерией задорного летнего пьянства.
Французская книжка «Двое. Рассказ жены Шостаковича» поспела аккурат к международному фестивалю Шостаковича в Горише. И потому получилась презентация всех трех – немецкого, русского и французского изданий. В переполненном зале, при +38 жары. «Ну что ж, это лето», - философски заметила великая Лиза Леонская, которой предстояло много часов играть на этой сцене. Мне повезло, приз Шостаковича вручали в этом году ей, она прилетела из Вены и приняла участие в презентации книжки. В 2016-м я снимала фильм о ней «Чем пластинка черней, тем её доиграть невозможней», и она тогда рассказывала о том, каким запомнила Дмитрия Дмитриевича, когда была студенткой Московской консерватории – как репетировали у него дома, как при нем записывали его последнюю пластинку и как потом играли из той же пластинки на той же консерваторской сцене на его похоронах. Эти ее воспоминания я потом включила в фильм и книжку «Двое. Рассказ жены Шостаковича». Фестиваль в Горише я про себя называю «Шостакович на сене». И это не фигура речи: все происходит в крошечном городке на Эльбе, неподалеку от Дрездена, в громадном амбаре, где обычно хранят сено, но вот уже 17 лет на несколько дней в июне его превращают в зал филармонии, и публика съезжается из Дрездена, Берлина, Лейпцига, со всей Германии, а также из Франции и Чехии, отовсюду, чтобы послушать лучших музыкантов Европы, которые играют Шостаковича и не только. Я в Горише второй раз, два года назад показывала здесь фильм и тогда родилась идея издать книжку в Берлине, и вот теперь она уже на трех языках, в юбилейный год Шостаковича - в сентябре 120 лет со дня рождения. А после презентации мы Тобиасом Нидершлагом, организатором фестиваля, поехали к старой, еще ГДРовской гостинице, где в июле 1960-го Шостакович провел 5 дней, рифмующихся с названием советско-германского фильма, для которого он должен был написать музыку. «Смотрел материалы кинофильма «5 дней, 5 ночей», создаваемого Лео Арнштамом, - объяснял он в письме другу Гликману. - Меня там очень хорошо устроили для создания творческой обстановки. Творческие условия оправдали себя: я сочинил там Восьмой квартет. Как я ни пытался выполнить вчерне задания по кинофильму, пока не смог. А вместо этого написал никому не нужный и идейно порочный квартет. Я размышлял о том, что если я когда-нибудь помру, то вряд ли кто напишет произведение, посвященное моей памяти. Поэтому я сам решил написать таковое». Говорят, 8 квартет он сочинил за 2 дня на этой скамейке, сидя в тени под деревом. Дерево за десятилетия погибло, а скамейка и гостиничка, правда, уже закрывшаяся, стоят. А еще в Горише единственная в мире площадь Шостаковича и за его бюстом на стене четыре ноты - в буквенном латинском обозначении этих нот зашифрована монограмма инициалов Шостаковича «DSCH». Эта тема проходит через весь Восьмой квартет. Ре, ми бемоль, до, си...
По окончании программы участники получают сертификаты. Некоторому количеству школьников я выдаю сертификаты "с отличием". В этом году всего пятерым из 36: три индийца (разных мастей), кореец и китаец. Пять разных школ, вот она дайвёрсити в хорошем смысле этого слова. Завтра - традиционный сеанс одновременной игры и пока-пока до лета 2027. До свиданья, наш ласковый мишка.
